Кураев А

ХРИСТИАНСТВО НА ПРЕДЕЛЕ ИСТОРИИ

идет об оскорблении чувств православных - тут начинаются оправдания: "Свобода самовыражения, свобода высказывания, авторское право..." Но неужели непонятно, что свобода движения моего кулака кончается там, где начинается чужое лицо? И здесь совсем не важно, какой национальности и какой веры это униженное и оскорбленное лицо.

За год до "манежной" эскапады по сути такое же событие произошло еще более публично - когда по НТВ показали фильм, плюющий в тот образ Христа, который дорог для верующих. Тогда пресса встала на защиту тех, кто оскорблял. Вроде бы человеку, которому больно, принадлежит бесспорное право свидетельствовать о своей боли. Но наша странная журналистика обвинила в нетерпимости тех, кто вскрикнул от боли и поощрила эксперименты тех, у кого атрофировалось чувство благоговения. Прошел год, и ничего не изменилось. Боль в прессе по прежнему воспринимается по-партийному: если неудобство испытывают "свои", то это повод для полномасштабной обвинительной кампании, а если боль испытывают другие, "не наши", то и боль у них не настоящая (вдобавок, вполне заслуженная), во всяком случае, не такая, чтобы высказывать осуждение действиям тех, кто "социально близок" владельцам "демократической" прессы.

Гонения во имя терпимости

По меркам "нового мышления" христианин не должен отвечать на критику христианства и не должен иметь никаких сердечных привязанностей к символам и к святыням своей традиции. Более того - по сути он и не имеет права быть христианином. "Смотрите на вещи шире! Не связывайте себя какой-то одной определенной позицией по этому вопросу". Плюрализм из общества должен перекочевать в каждую отдельную голову - каждый человек должен верить сразу в несколько богов. Этакий "плюралотеизм". В.В. Розанов по этому поводу как-то заметил, что нормативный интеллигент "утром верит в Ницше, в обед - в Маркса, а вечером - в Христа". Г. Честертоном подобная широта взглядов высмеивалась в образе Ричарда Уайта, который "недавно обрел веру, но каждую неделю менял вероисповедание"76.

До такой степени люди затерроризированы идеей обязательного "мира между религиями", настолько пленены пропагандой их "равноценности", что даже Инесса Ломакина, которая в своей книге описывает человеческие жертвоприношения, совершаемые буддистскими ламами, торопится сделать поклон в сторону идола "всетерпимости" и "неосуждения": "Молодая женщина - член буддийской общины Санкт-Петербурга, прочтя часть рукописи, спросила меня: "К чему все эти ужасы, эти жертвоприношения?