Гюстав Лебон

Психология народов и масс (Часть 1)

семьей, своим состоянием

и своей жизнью. Когда Рим сделался центром вселенной, самым богатым в мире

городом, он наводнился иностранцами, пришедшими et) всех стран, и которым в

конце концов даны были права гражданства. Требуя для себя только наслаждения

роскошью, они очень мало интересовались своей славой. Великий город сделался

громадным постоялым двором, но это не был уже больше Рим. Он казался еще

живущим, когда варвары явились у его ворот, но душа его уже была мертва давно.

Аналогичные причины упадка угрожают нашим утонченным цивилизациям, но к ним

присоединяются еще другие, обязанные эволюции, произведенной в умах современными

научными открытиями. Наука обновила наши идеи и отняла всякий авторитет у наших

религиозных и социальных понятий. Она показала человеку ничтожное место, какое

он занимает во вселенной, и полное равнодушие природы к нему. Он увидел, что то,

что считалось им свободой, было только незнанием причин, которым он покоряется,

и что в системе необходимостей, которые им руководят, естественное положение

всех существ таково, чтобы быть в порабощении. Он заметил, что природа не знает

того, что мы называем состраданием, и что весь завоеванный прогресс достигнут

был только путем безжалостного подбора, ведущего беспрестанно к подавлению

слабых в пользу сильных.

Все эти ледяные и холодные понятия, столь противоречащие всему тому, что

говорили старые верования, очаровывавшие наших отцов, вызвали тревожные сомнения

в душах современных поколений. В посредственных головах они произвели то

анархическое состояние идей, которое кажется наиболее характерным для

современного человека. У молодого поколения художников и образованных людей эти

внутренние противоречия привели к своего рода мрачному равнодушию, убийственному

для всякой воли, к замечательной неспособности воодушевляться каким-нибудь делом

и к исключительному культу непосредственных и личных интересов.

Комментируя очень верную мысль де Вогюэ, что чувство относительного

господствует над современной мыслью , министр народного просвещения провозгласил

с явным удовольствием, в недавней речи, что замена относительных идей

абстрактными понятиями во всех областях человеческого знания составляет

величайшее завоевание науки . Новая объявленная победа в действительности очень

стара. Уже много веков тому назад совершила ее индусская философия. Мы не можем

особенно радоваться тому, что она стремится и теперь распространится. Настоящая

опасность для современной цивилизации заключается как раз в том, что люди

потеряли всякую веру в абсолютную ценность принципов, на которых она держится. Я

не знаю, можно ли назвать от начала мира хоть одну цивилизацию, одно учреждение,

одно верование, которые сумели сохраниться, опираясь на принципы,

рассматриваемые, как имеющие только относительную ценность. И если будущее,

по-видимому, принадлежит социалистическим доктринам, то именно потому что только

их апостолы говорят во имя истин, которые они провозглашают абсолютными. Массы

всегда обратятся к тем, которые ему будут говорить об абсолютных истинах и

вполне основательно отвернутся от других. Чтобы быть государственным человеком,

нужно уметь проникать в душу толпы, понять ее мечты и оставить для нее

философские абстракции. Вещи сами по себе не меняются. Одни только идеи, которые

составляются о них, могут сильно изменяться. На эти-то идеи и нужно уметь

действовать.

Конечно, мы из действительного мира можем узнать только явления, простые

состояния сознания, ценность которых очевидно относительна. Но когда мы себя

ставим на общественную точку зрения, то можем сказать, что для данного века и

для данного общества существуют условия существования, моральные законы,

учреждения, имеющие абсолютную ценность, так как это общество без них не могло

бы существовать. С тех пор, как стала оспариваться ценность их и

распространяться в умах сомнение, общество осуждено на скорую смерть.

Вот истины, которые можно смело провозглашать, ибо они не из тех, которые могла

бы оспаривать какая-нибудь наука. Противоположная доктрина может производить

только самые гибельные последствия. Современные государственные люди слишком

много верят в значение учреждений и слишком мало - в значение идей. Наука

показывает им, однако, что первые всегда дети вторых и не могут существовать, не

опираясь на них. Идеи представляют собой невидимые пружины вещей. Когда они

исчезли, то и скрытые подпорки учреждений и цивилизаций поломаны.