Флоринда Доннер

Сон ведьмы (Часть 1)

Паз, одевшись, подошел к нам. Донья Мерседес движением

своего подбородка приказала ему сесть перед ней на песок. Поджимая губы,

она издала несколько громких шлепающих звуков и своими быстрыми, короткими

выдохами заставила вибрировать горло в приглушенном рычании.

- Пройдет много времени, прежде чем призрак Бирджит Брицены будет

забыт, - сказала она. - процесс умирания длится некоторое время и после

того, как тело предано земле. Умерший очень медленно теряет память о себе.

Она повернулась ко мне и приказала сесть на песок рядом с Лоренцо

Пазом. Его одежда пахла дымом свечей и розовой водой.

- Лоренцо, - обратилась она к нему. - мне хочется, чтобы ты рассказал

Музии историю о том, как ты околдовал Бирджит Брицену.

Он озадаченно посмотрел на нее, затем обернулся и взглянул на море;

его голова слегка склонилась, казалось, что он выслушивает тайное послание

от волн. - почему ей нравится слушать нелепые истории стариков? - спросил

он ее, не обращая внимания на меня. - у Музии есть свои собственные

истории. Я уверен в этом.

- Но это же я прошу тебя рассказать ей твою историю, - сказала донья

Мерседес. - она рассматривает пути и способы, посредством которых колесо

случая может быть повернуто человеком. В твоем случае объект, который

повернул колесо, это ты, Лоренцо.

- Колесо случая! - сказал он грустным голосом. - я помню это, словно

все случилось только вчера. - по-видимому, размышляя о чем-то, он потыкал

гальку кончиком своего ботинка и вытянулся плашмя на песке.

Со своего кресла позади прилавка в тусклом, прокуренном баре Лоренцо

наблюдал за группой мужчин, склонившихся за бильярдным столом над партией

корнера. Он перевел взгляд на часы у камина, отмечавшие каждый час

стеклянным перезвоном. Почти рассвело. Он уже хотел подняться и напомнить

мужчинам о позднем времени, когда услышал шаркающие шаги Пэтры. Он опять

быстро уселся. Злая усмешка пробежала по его лицу. Пусть посетителями

занимается его тетушка. Никто в городе еще не избежал ее порицаний. Их

слушали, не считаясь с тем, какими бы мерзкими и возмутительными они ни

были.

- Этот чертов стук бильярдных шаров не дает человеку заснуть, -

пожаловалась она хриплым голосом, едва только вошла в комнату. - вы не

подумали о том, что вас ждут жены? Вы не думаете, что вам надо завтра идти

на работу, как и всем добрым христианам? - не давая мужчинам прийти в себя

от неожиданности, она продолжала в той же негодующей манере. - я знаю, что

делается с вами. Вы уже сожалеете о том, что принесли эти языческие

рождественские деревья в свои дома, что разрешили своим детям играть в

рождественские игры.

Она перекрестилась и набросилась на одного из мужчин. - вот ты, мэр.

Как же ты можешь позволять такое? Неужели вы все обратились в

протестантов?

- Упаси бог, Пэтра, - сказал мэр, крестясь. - не делай из мухи слона.

Какой вред в деревьях и играх? Посмотри, как детям это нравится.

Проворчав что-то неразборчивое, она хотела было уйти, но вдруг

остановилась: - мне стыдно за дона Серапио! Он более чужд нам, чем

истинные иностранцы. Мне стыдно за то, что он более чужой нам, чем даже

его жена. Благодаря им большинство детей в городе не получит подарков трех

волхвов шестого января, как то полагается каждому доброму христианину. -

она достала на прилавок пачку сигарет. - сейчас они собирают их на

рождество, - продолжала она, - называя каких-то типов Санта Клаусами. Это

позор!

Прислонясь к двери, она угрожающе рассматривала мэра, не замечая, что

сигарета из ее рта давно упала на пол. Она потянулась к полуоткрытой

бутылке рома рядом с бильярдным столом и пропустила стаканчик, шепча

что-то про себя.

Улыбнувшись, Лоренцо ясно вспомнил тот день, когда грузовик,

нагруженный необычными ароматными деревьями, приехал в город. Дон Серапио,

фармацевт, назвал их рождественскими елками. Он заказал их в Каракасе

вместе с украшениями и пластинками европейских рождественских песен.

Не желая уступать друг другу, друзья дона Серапио вскоре последовали

его примеру и, уплатив кучу денег за хрупкие деревья, выставляли их так,

чтобы они были заметны в их жилых комнатах.

К большому огорчению старых родственников, живущих в этих домах,

деревья ставили рядом, а то и прямо в тех местах, которые по традиции

отводились для рождественских сцен.