Тартханг Тулку, Падма Линг

Львы Будды

ножен. Клинок был настолько ярок, что все  умоляли  Шантидеву
спрятать  его.  Хотя  глаза  окружающих  и  были закрыты, многие
ослепли. Шантидева помазал им  веки  своими  слезами,  и  зрение
восстановилось.   После   этого   случая  жители  Декиры  хотели
поклоняться ему и умоляли остаться в их городе, но он отправился
дальше.
     Он ушел в Скалистые горы, где пастухи видели его  убивающим
с  помощью  магии  животных  и  поедающим  их мясо. Об этом было
доложено царю. Когда царь со свитой был в горах,  он  приехал  к
Шантидеве  и  сказал: " Некогда вы были одним из главных аскетов
Наланды. Вы учили Дхарме и исцеляли слепоту. Почему же сейчас вы
приносите такой вред, отнимая жизнь у живых существ ?"
     " Я никого не убивал", - ответил Шантидева, и открыл  дверь
хижины,  выходящую  в  горы.  Все  посмотрели туда и различили в
сумерках массы диких животных, которые не только не поредели, но
даже выросли  в  числе.  Звери  быстро  проходили  мимо  хижины,
распространялись по долине и исчезали в горах. Вот они скрылись.
Царь  и  все  остальные  были очень счастливы, увидев это, и они
поняли, что все вещи вокруг иллюзорны, как  сон.  Так,  осознав,
что вещи в самом своем начале нереальны, они сделали шаг по пути
Будды. Шантидева говорил:

     Звери, убитые мною,
     ниоткуда не пришли в начале,
     нигде не оставались в продолжении,
     не превращались в ничто в конце.

     В своей основе все существующее нереально,
     почему же реальны убийство и смерть ?
     Но смотрите, я говорю это,
     и не могу сдержать сострадания.

     Так   Шантидева   покорил   сердца   царя   Декиры   и  его
приближенных. Он добился единства действий тела, речи  и  ума  и
обрел   сиддхи  Махамудры.  В  нем  проявились  моментально  все
превосходные свойства Дхармы. Сто лет спустя  он  в  собственном
теле ушел в ясный свет.

                       -------------
     42.                ИНДРАБХУТИ.
                      --------------

     Из   полумиллиона   городов  Уддияны  двухсот  пятьюдесятью
тысячами  в  Самбхоле  правил   царь   Индрабхути,   а   двухсот
пятьюдесятью тысячами в Ланкарупе - царь Джалендра.
     У  Индрабхути была сестра семи лет, которую он прочил замуж
за единственного сына царя Джалендры. Но министры не  советовали
ему  делать  этого шага: Джалендра не был буддистом. Взвесив все
за и против, царь ответил  послу  Джалендры,  что  у  того,  кто
практикует  Дхарму,  и у того, кто придерживается иных взглядов,
видимо, слишком мало общего, чтобы объединять семьи.
     Через год сын Джалендры приезжал в Самбхолу и встретился  с
Лакшминкарой.  Казалось, они подходят друг другу, и Индрабхути в
знак примирения передал с принцем богатые подарки для его  отца.
Когда  принц  вернулся,  Джалендра  спросил его о девушке. "Я не
привез ее, потому что она еще слишком мала, - сказал принц. - Но
она хороша".
     У Индрабхути же было много жен, и все они верили  в  учение
Будды.  Йогин  Камбала  давал  им  наставления,  так  что  особы
царского  дома  в  Самбхоле   все   без   исключения   следовали
Благородному пути.
     Лакшминкаре   было   шестнадцать,  когда  за  ней  приехало
посольство. Но она  уже  отвратила  свой  ум  от  сансары.  (Как
рассказано  в  истории  Лакшминкары,  принцесса  достигла  цели.
Вместе с одним дворником из Ланки они  улетели  на  небо.)  Царь
Джалендра  слал  Индрабхути  письма,  в которых обсуждался образ
жизни, который принцесса вела в Ланкарупе. "Эта женщина достигла
высокого уровня реализации, что, конечно, прекрасно, - писал он,
- но когда я вижу, что она делает, у меня неспокойно на душе".
     "Моя сестра действует на благо живых  существ,  -  вздыхая,
думал  Индрабхути, - а это царство - как мало от него радости, и
сколько внимания  оно  требует!  Я  должен  бросить  все  это  и
практиковать Дхарму". Он оставил престол сыну, а сам, не покидая
дворца,  практиковал  двенадцать  лет  и обрел сиддхи Махамудры.
Никто вокруг не знал об этом. Однажды сын  со  свитой  пришел  к
нему  и  хотел  открыть дверь. "Не открывайте дверь, я здесь", -
раздался голос откуда-то сверху.
     Они подняли головы  и  увидели  Индрабхути  в  воздухе  над