Барб Хенди, Дж С Хенди

Дампир

– Разочарованный, Лисил злился все сильнее.

– Больше я ничего не знаю. – Магьер наконец глянула на него, но тут же отвернулась, покачав головой. – Честное слово, не знаю.

Это был не ответ, а очередная увертка. Магьер так ему ничего и не сказала. Или все таки сказала? Прошлое раз и навсегда лишило полуэльфа желания заботиться о ком бы то ни было, кроме себя самого. И сейчас он не мог бы ответить, заботится он о Магьер или просто пытается удовлетворить свое любопытство. Лисил знал только, что Магьер по крайней мере, снова становится прежней его напарницей – той хладнокровной, умеренно дружелюбной женщиной, к которой он привык и на которую полагался. Может быть, она и вправду устала от шарлатанского промысла? Эта мысль могла бы его успокоить, по крайней мере сейчас. И все равно – если такое повторится, вопросов, на которые не получены ответы, только прибавится.

– Ладно! – сказал он вслух, выразительно взмахнув руками, точно отсекал лишнее. – Если тебе нечем больше со мной поделиться, будем считать, что нам повстречался еще один чокнутый бродяга. К полудню мы уже будем в Миишке.

– Ну да, – слабо улыбнулась Магьер. – Можно сказать, начнем новую жизнь.

– Заварю ка я чаю, – проворчал Лисил, опускаясь на колени у костра, чтобы раздуть почти остывшие угли. Искоса бросил взгляд на Магьер и вполголоса повторил: – Новую жизнь.

* * *

На рассвете Рашед втащил покрытого кровью, извивающегося Крысеныша в потайную комнату и швырнул, точно узел с тряпьем, в угол.

Тиша подняла от вышивания почти испуганный взгляд.

– Что случилось?

– Погляди на него! – процедил Рашед.

Подбородок и грудь Крысеныша были покрыты полусвернувшейся кровью. Хотя Рашед всегда считал их младшего сотоварища несносным выскочкой, он никогда прежде не допускал мысли, что Крысеныш – тупица.

– Этот безмозглый ублюдок бросил мертвую девушку с разорванным горлом во дворе ее собственного дома!

Тиша встала, оправила складки атласного синего платья. Ее каштановые локоны слегка качнулись, когда она шагнула к Крысенышу, бессильно растянувшемуся у стены. Тиша сверху

вниз поглядела на него, склонила голову к плечу, и на ее точеном личике отразилось разочарование.

– Это правда? – спросила она.

– Раз уж вы на меня так таращитесь, поглядите заодно и на мою спину, – проворчал Крысеныш, наконец обретя дар речи. – Вот там, между прочим, кровь не человеческая. Это моя кровь! – Он протянул к ним руки. – А вот эти шрамы