Барб Хенди, Дж С Хенди

Дампир

свое прошлое. Впрочем, там и забывать то особенно было нечего. Мать ее умерла, отец покинул ее еще младенцем. Оба ушли из жизни Магьер прежде, чем она подросла хотя бы настолько, чтоб запомнить их лица. Порой она даже завидовала Лисилу – ведь он знал и помнил своих родителей, хотя и не любил говорить

о них. И вот теперь этот наглый безумец уверяет, будто ее породил один из тех, кого она пытается уничтожить с тех самых пор, как поселилась в Миишке.

Магьер не хотела делиться подобными мыслями с Вельстилом, но он, похоже, знал о ней больше, чем кто либо другой. Если он прав, хотя бы отчасти, то где то в этом мире, быть может, все еще живет… нет – существует ее отец.

– Так ты полагаешь, что моего отца обратили против его воли и он породил меня на свет, чтобы отомстить?

– Вполне возможно.

– Почему же тогда он покинул меня? Бросил меня одну среди суеверных крестьян, которые ненавидели меня и боялись? – Магьер никогда не плакала и впредь не заплачет… но сейчас ее голос заметно дрогнул. – Почему он так поступил?

– Я не знаю, – ответил Вельстил. – Может быть, для того, чтоб ты выросла сильной.

Магьер испытующе посмотрела в его лицо, в его умные зоркие глаза:

– Откуда ты все это знаешь? Откуда?

Вельстил ответил не сразу:

– Я много читал, учился, наблюдал, я изъездил множество стран. До меня дошел слух, что в Миишке собирается поселиться охотница на вампиров, и я понял, что должен увидеть тебя собственными глазами. С первой нашей встречи я знал, кто ты такая. Помнишь? Это было в таверне, ты была одета в это же платье, хотя тогда оно выглядело не в пример приличней, и ты прятала за корсаж амулеты.

– Да, – сказала медленно Магьер. – Я помню.

– Сядь. – Вельстил указал на изножье узкой кровати.

На сей раз Магьер подчинилась. Снова он показал пальцем на вырез ее платья.

– Ты уже поняла, для чего служат эти амулеты? – спросил он.

Магьер опустила взгляд на корсаж, но вытаскивать наружу амулеты не стала.

– Не уверена. Топаз, судя по всему, светится, когда близко вампиры.

Вельстил кивнул:

– Да, как и пес полуэльфа, этот камень подобие верного сторожа, неизменно поднимающего тревогу. Он чует присутствие нежити. Костяной амулет – вещь совсем иного сорта. Я читал о таких, но увидел его впервые. Вампиры, пьющие кровь, на самом деле поглощают жизненную силу своих жертв. Они как пустой сосуд, который постоянно жаждет быть наполненным. Поглощая чужую жизнь, они поддерживают свое