Карлос Кастанеда

Второе кольцо силы (Часть 1)

Соледад, или наоборот. Была

вероятность того, что он и их тоже настроил таким же

образом, и нам предстоит сражаться друг против друга в

некоторого рода битве, которая может причинить вред

кому-нибудь из нас. Я воззвал к их воинскому духу. Если они

настоящие наследницы дона Хуана, то они должны быть

неуязвимы со мной, раскрыть свои планы и не вести себя, как

обычные алчные человеческие существа.

Я повернулся в Розе и спросил у нее о причине, из-за

которой она хотела наступать на меня. Она на мгновение

растерялась, а потом рассердилась. Ее глаза пылали гневом, а

маленький рот сжался.

Лидия очень ясно объяснила мне, что мне нечего бояться

их, и что Роза сердится на меня потому, что я причинил вред

донье Соледад. Ее ощущения были исключительно личной

реакцией.

Тогда я сказал, что мне пора уходить. Лидия жестом

остановила меня. Она, казалось, испугалась или сильно

обеспокоилась. Она начала возражать, но тут меня отвлек шум,

доносящийся из-за двери. Две девушки прыгнули в мою сторону.

Что-то тяжелое прислонилось к двери или толкало ее. Тут я

заметил, что девушки закрыли ее на щеколду. Я ощутил

раздражение. Все это дело собиралось повториться снова, а я

утомился и устал от всего этого.

Девушки взглянули друг на друга, потом взглянули на

меня, а потом снова друг на друга.

Я услышал скуление и тяжелое дыхание какого-то большого

животного возле дома. Это мог быть пес. Изнеможение

помрачило мой ум в этот момент. Я бросился к двери, снял

щеколду и стал открывать ее. Лидия испуганно метнулась к

двери и снова закрыла ее.

- Нагваль был прав, - сказала она, запыхавшись. - ты

думаешь и думаешь. Ты тупее, чем я думала.

Она подтолкнула меня обратно к столу. Я приготовился в

уме в самых подходящих выражениях сказать им раз и навсегда,

что с меня достаточно. Роза села рядом со мной, касаясь

меня, я мог ощущать ее ногу, которая нервно соприкасалась с

моей. Лидия стояла лицом ко мне, глядя на меня в упор. Ее

горящие глаза, казалось, говорили что-то такое, чего я не

мог понять.

Я начал говорить, но не кончил. У меня возникло

внезапное и очень глубокое ощущение. Мое тело осознавало

зеленоватый свет, какую-то флюоресценцию снаружи дома. Я не

видел и не слышал ничего. Я просто осознавал свет, как если

бы я внезапно уснул и мои мысли превратились в образы,

наложенные на мир обыденной жизни. Свет двигался с большой

скоростью. Я мог чувствовать его своим животом. Я следовал

за ним, или, скорее, фокусировал на нем свои внимание на

мгновение, которое он двигался поблизости. Фокусирование

моего внимания на свет привело к большой ясности ума. Я знал

тогда, что в этом доме, в присутствии этих людей было

неправильно и опасно вести себя как наивный наблюдатель.

- Ты не боишься? - спросила Роза, указывая на дверь.

Ее голос нарушил мою концентрацию.

Я согласился, что то, что там было, испугало меня на

очень глубоком уровне, достаточным для того, чтобы я умер от

страха. Я хотел сказать еще, но тут меня охватила ярость и я

захотел увидеть и поговорить с доньей Соледад. Я не верил

ей. Я пошел прямо в ее комнату. Ее там не было. Я стал звать

ее, выкрикивая ее имя. В доме была еще одна комната. Я

распахнул дверь и ворвался туда. Там никого не было. Мой

гнев возрос в такой же пропорции, как и мой страх.

Я вышел через заднюю дверь и прошел к передней. В поле

зрения не было видно даже пса. Я яростно застучал в переднюю

дверь. Лидия открыла ее. Я вошел. Я заорал на нее, чтобы она

сказала мне, куда все делись. Она опустила глаза и не

ответила. Она хотела закрыть дверь, но я не позволил ей. Она

быстро вышла и пошла в другую комнату.

Я снова сел у стола. Роза не двигалась. Она, казалось,

застыла на месте.

Мы - одно и то же, - сказала она внезапно. - Нагваль

сказал нам это.

- Скажи в таком случае, кто рыскал вокруг дома? -

спросил я.

- Олли, - сказала она.

- Где оно сейчас?

- Оно все еще здесь. Оно не уйдет. В тот момент, когда

ты будешь слабым, оно сомнет тебя. Однако мы не можем ничего

рассказать тебе.

- Кто же тогда может рассказать мне?

- Ла Горда! - воскликнула Роза, открывая свои глаза так

широко, как могла. - она та, кто может. Она знает все.

Роза спросила меня, можно ли закрыть дверь, на всякий

случай.