Всеслав Соло

Скоморох или Начало Магии (Часть 1)

такую выразительную силу и надежность, что мне

почудилось, будто эти глаза управляют его телом!.. И Корщиков

заговорил.

-- Множество веков пронеслось над Землей. Но там, в

бездонном океане времени, среди всего смертного находится

один-единственный Памятник, великий Памятник!.. Кто поставил

этот Памятник и откуда он родом?! -- никто на Земле не знает и,

возможно, не будет знать никогда... Все нити и дороги

человеческого познания за всю нашу планетную жизнь начинались

там, от этого памятника. В Европе этот Памятник известен под

именем Священной книги Тота -- Великих Арканов Таро...

Корщиков говорил плавно, словно внушая мне каждое слово.

-- Владимир пишет в своем Предисловии, что десятки веков

назад господствующая ныне Белая Раса на земле имеет этот

Памятник Божественной Мудрости от своей предшественницы, и что

это Божественное откровение определяет основу всех Посвящений.

Его сущность усматривается в каждой религии. Поверьте, Сережа,

что это так, -- добавил Корщиков. Он опять поднялся со стула,

порылся в каком-то чемодане, извлек оттуда общую тетрадь в

зеленой обложке, снова сел на стул, немного полистал эту

тетрадь... -- Вот, -- сказал он, -- что говорит Елена Петровна

Блаватская в своей работе 'Тайная доктрина', -- и он зачитал

отрывок:

'Говорят, что Таро 'индийского происхождения', потому что

оно восходит к первой подрасе Пятой Расы -- Матери, до

окончательного разрушения последнего остатка Атлантиды. Но если

оно встречается у предков первобытных индусов, то это не

значит, что оно впервые возникло в Индии. Его источник еще

более древен и его след надо искать не здесь, а в Himaleh, в

Снежных Цепях. Оно родилось в таинственной области, определить

место нахождения которой никто не смеет и которая вызывает

чувство безнадежности у географов и христианских теологов, --

области, в которой Браман поместил Свою Kallasa, гору Меру и

Parvati Pamir, извращенный греками в Парапамиз' .

-- Так, -- сказал Корщиков, -- Блаватская попыталась

опровергнуть цитату, которую она использовала в своей 'Тайной

Доктрине' с какого-то манускрипта о Таро -- Священной книге

Еноха. Если Вы не возражаете, то я зачитаю и саму цитату тоже!

-- обратился он ко мне.

-- Обязательно зачитайте, -- отозвался я, -- мне это очень

интересно!

-- Итак, вот как звучит эта цитата:

'Есть лишь единый Закон, единый Принцип, единый Агент,

единая Истина и единое слово. То, что вверху, по аналогии

подобно тому, что внизу. Все, что есть -- результат количества

и равновесий. Ключ затаенных вещей, ключ святилища! Это есть

Священное слово, дающее адепту возвышенный разум оккультизма и

его тайн. Это есть квинтэссенция философий и верований; это

есть Альфа и Омега; это есть Свет, Жизнь и Мудрость

Вселенские... Древность этой книги теряется в ночи времен. Она

индийского происхождения и восходит до эпохи несравненно более

древней, чем время Моисея. Она написана на отдельных листах,

которые раньше были сделаны из чистейшего золота и таинственных

священных металлов... она символична, и ее сочетания обнимают

все чудеса духа. Старея с бегом веков, она, тем не менее,

сохранилась -- благодаря невежеству любопытных -- без изменений

в том, что касается ее характера и ее основной символики в

наиболее существенных частях'.

Зачитав цитату, Корщиков продолжал молча перелистывать

тетрадь.

-- Ну, пока хватит, -- сказал он, захлопнув тетрадь и

отложив на подоконник.

-- Честно говоря, -- произнес я, -- то ли мир сходит с

ума, то ли еще что?! Но я все больше не распутываю, а наоборот,

с каждым днем ввязываюсь крепче, ухожу во что-то такое --

невероятное.

-- То ли еще будет, Сережа, -- хитро прищурился Корщиков.

-- Давайте начистоту?! -- предложил я. -- Что меня

ожидает?

-- Вы забеспокоились об обратной дороге? -- спросил

Корщиков.

-- Да нет... Хотя, все-таки, мне кажется, я имею право

знать, куда я иду?!

-- И не вернуться ли назад? -- словно предложил от моего

лица он.

-- Ну, если хотите, пусть это прозвучит именно так, --

согласился я.

-- Тогда, -- сказал Саша, -- я вас должен сразу

предупредить: обратной дороги -- нет!

-- Весьма крылатая фраза! -- сказал я.

-- Да, но здесь она как никогда уместна, -- подытожил

Саша.