Конфуций

Беседы и суждения

всем рассказать [ему]'.

8. Учитель сказал: 'Феникс не прилетает, лошадь-дракон с рисунком на спине

из реки не появляется, боюсь, что все окончено'.

9. Когда учитель видел людей в траурных одеждах или в парадных шапках и

платьях или слепых, то, хотя они были и моложе его, он обязательно

вставал. Если же шел мимо них, то обязательно спешил77.

10. Янь Юань со вздохом сказал: 'Чем больше [я] всматриваюсь в учение

[учителя], тем возвышеннее оно кажется; чем больше стараюсь проникнуть в

него, тем тверже оно оказывается. [Я] вижу его впереди, но вдруг оно

оказывается позади. Учитель шаг за шагом искусно завлекает людей, он

расширяет мой ум с помощью образования, сдерживает меня посредством

ритуала. Я хотел отказаться [от постижения его учения], но уже не смог; я

отдал все свои силы, и кажется, что его учение находится передо мной, я

хочу следовать ему, но не могу этого сделать'.

11. Когда учитель серьезно заболел, Цзы-лу заставил учеников прислуживать

ему. Когда болезнь прошла, учитель сказал: 'Ю давно занимается этим ложным

делом! Претендовать на почести, оказываемые сановнику, когда я не являюсь

сановником, кого я этим обманываю? Я обманываю небо! Кроме того, разве

умереть на руках у подданных лучше, чем умереть на руках своих учеников? И

хотя мне не будут устроены великие похороны, разве я умру посреди

дороги?'.

12. Цзы-гун сказал: 'Здесь есть кусок прекрасной яшмы. Спрятать ли его в

ящик или же подождать, когда за него дадут хорошую цену и продать?'

Учитель сказал: 'Продать. Продать. Я жду цены'79.

13. Учитель хотел поселиться среди варваров. Кто-то сказал: 'Там грубые

нравы. Как вы можете так поступать?' Учитель ответил: 'Если благородный

муж поселится там, будут ли там грубые нравы?'.

16. Стоя на берегу реки, учитель сказал: 'Все течет так же, [как вода].

Время бежит не останавливаясь'.

25. Учитель сказал: 'Можно лишить власти командующего войском, но нельзя

заставить простолюдинов изменить свои намерения'.

27. Учитель сказал: 'С наступлением холодной зимы узнаешь, что соснами

кипарис последними теряют свой убор'80.

28. Учитель сказал: 'Мудрый не испытывает сомнений, человеколюбивый не

испытывает печали, смелый не испытывает страха'.

29. Учитель сказал: 'С человеком, с которым можно вместе учиться, нельзя

вместе стремиться к достижению правильного пути. С человеком, с которым

можно вместе стремиться к достижению правильного пути, нельзя вместе

утвердиться [на этом пути]. С человеком, с которым можно вместе

утвердиться [на правильном пути], нельзя вместе действовать сообразно

обстоятельствам'.

Глава десятая.

Глава одиннадцатая.

1. Учитель сказал: 'В отношении ритуала и музыки наши предки были

неискушенными людьми, потомки же являются благородными мужами. Если я буду

применять их, я последую за предками'.

3. Среди учеников Кун-цзы самыми выдающимися в делах практической морали

были Янь Юань, Минь Цзы-пянь, Жань Бо-ню, Чжун-гун; в умении говорить -

Цзай Во, Цзы-гун; в делах политики - Жань Ю, Цзы-лу; в литературе - Цзы-ю,

Цзы-ся.

11. Цзы-лу спросил о том, как служить духам. Учитель ответил:. 'Не

научившись служить людям, можно ли служить духам?' [Цзы-лу добавил:] 'Я

осмелюсь узнать, что такое смерть'. [Учитель] ответил: 'Не зная, что такое

жизнь, можно ли знать смерть?'

15. Цзы-гун спросил: 'Кто лучше: Цзы-чжан или Цзы-ся?' Учитель ответил:

'Цзы-чжан допускает крайности, Цзы-ся не успевает осуществлять'. Цзы-гун

сказал: 'Значит, Цзы-чжан лучше'. Учитель сказал: 'Допускать крайности так

же плохо, как и не успевать осуществлять'.

16. Цзи-ши был богаче Чжоу-гуна, но Цю собирал для него еще и увеличивал

его состояние. Учитель сказал: 'Это не мой ученик! Вы можете с громкими

криками обрушиться на него!'

17. Чай - прост, Шань - несообразителен, Ши - скрытен, Ю - негибок84.

18. Учитель сказал: 'Мораль Хуэя близка к совершенству, но он часто

бедствует. Сы нарушил волю [неба], богатеет, однако его суждения точны'.

23. Цзи Цзы-жань спросил: 'Можно ли назвать Чжун Ю и Жань Цю великими

сановниками?' Учитель ответил: 'Я думал, что вы спросите меня о других