Карлос Кастанеда

Огонь изнутри 1984г

что энергия, включенная в

восприятие и действия в повседневном мире, является результатом настройки

едва ли десятой доли эманаций, заключенных в коконе человека.

- В момент смерти вся эта энергия освобождается сразу, - продолжал

он. - и в этот момент живые существа бывают затоплены совершенно

немыслимой силой. И вовсе не сила наката разбивает их бреши - эта сила

никогда не входит внутрь кокона, она лишь заставляет его разрушиться. Что

затопляет их, так это сила всех эманаций, которые внезапно настраиваются

после целой жизни сонного состояния. И для этой гигантской силы не

остается иного выхода, как через эту брешь.

Он добавил, что древний колдун нашел способ для использования этой

энергии. Путем настройки ограниченной и очень специфической части спектра

спящих эманаций внутри кокона нагваля он получает ограниченный по

диапазону, но гигантский толчок.

- Как, по твоему, он принимает энергию внутрь своего тела? - спросил

я.

- Разбивая брешь нагваля, - ответил он. - он сдвигает точку сборки

нагваля, пока брешь не откроется немного. Когда энергия вновь настроенных

эманаций выходит через отверстие, он принимает ее в свой зазор.

- Зачем этот древний провидец делает это? - спросил я.

- Мое мнение состоит в том, что он пойман в круг, который сам не

может разбить, - ответил дон Хуан. - у нас с ним соглашение: он делает

все, чтобы его выполнять, так же, как и мы. Мы не судим его, но все же мы

должны знать, что его тропа не ведет к свободе. Он знает это, но он знает

также, что ничего не может изменить - он пойман в созданную им самим

ситуацию. Единственное, что он может делать, это продлевать свое

олли-подобное существование, насколько удается.

15. ЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ ФОРМА

Сразу же после обеда дон Хуан и я сели для беседы. Он начал безо

всяких предисловий и заявил, что его объяснения подошли к концу. Он

сказал, что обсудил со мной во всех подробностях все истины сознания,

которые были открыты древними видящими. Он подчеркнул, что теперь я знаю

порядок, в каком их выстроили новые видящие. Он сказал, что в последних

встречах в связи с его объяснениями он дал мне подробный отчет о двух

силах, помогающих сдвигу нашей точки сборки: толчке земли и накатывающей

силе. Он объяснил также три методики, разработанных новыми видящими:

искусство следопыта, мастерство намерения и искусство сновидения, а также

их влияние на движение точки сборки.

- Теперь, - продолжал он. - для завершения объяснений о мастерстве

управления сознанием тебе осталось сделать только одно: разбить самому

барьер восприятия. Ты должен сдвинуть свою точку сборки без посторонней

помощи и настроить другой великий диапазон эманаций.

- Не сделать этого - значит превратить все, чему ты обучался и что ты

делал, просто в беседу, в пустые слова. А слова немного стоят.

Он объяснил, что после того, как точка сборки сдвинута со своего

обычного положения и достигнет некоторых глубин, она пересекает некий

барьер, который мгновенно прерывает ее способность настраивать эманации.

Мы переживаем это как момент перцептуальной слепоты. Древние видящие

называли этот момент "стеной тумана", поскольку туман появляется всегда,

когда нарушается настройка эманаций.

Он сказал, что при этом есть три способа действовать: барьер можно

принять абстрактно, как препятствие для восприятия; его можно

почувствовать всем телом, как пересечение тугого бумажного экрана или же

его можно увидеть, как стену тумана.

В процессе моего обучения у дона Хуана он бесчисленное количество раз

приводил меня к видению барьера восприятия. Вначале мне нравилась идея

стены тумана. Дон Хуан предупредил, что древние тоже предпочитали смотреть

на нее таким образом. Он сказал, что в таком видении барьера есть большое

утешение и легкость, но за этим кроется серьезная опасность замены чего-то

непостижимого чем-то сумрачным и многозначительным. Поэтому его

рекомендация состоит в том, чтобы непостижимые вещи оставить

непостижимыми, а не делать частью каталога-описи первого внимания.

После короткого периода удобства видения стены тумана я должен был

согласиться с доном Хуаном, что лучше этот переходный период удерживать

как непостижимое отвлечение, но тогда я уже не мог разбить эту фиксацию

своего сознания. Каждый раз, когда я был помещен перед необходимостью

разбить барьер восприятия, я видел стену тумана.

Однажды в таком случае я пожаловался дону Хуану и Хенаро, что хотя я

и хочу видеть это, как что-то другое, я не могу ничего изменить. Дон Хуан

прокомментировал это и сказал, что все понятно,