Карлос Кастанеда

Огонь изнутри 1984г

показать

тебе, как надеть их не вставая.

А у меня не было времени даже на то, чтобы рассердиться на них или

присоединиться к их веселью. Неожиданно прямо передо мной кусты

раздвинулись, и оттуда вышло совершенно невиданное существо. Оно было

таким необычным, что я уже больше не боялся. Я был очарован. То, что было

передо мной, не было человеком. Это было что-то, даже отдаленно не

напоминавшее человека. Оно было похоже на пресмыкающееся, или на огромное

гротескное насекомое, или же на волосатую, предельно отталкивающую птицу.

Его темное тело было покрыто грубыми рыжеватыми волосками. Я не видел ног,

только одну огромную, рыжеватую голову. Нос был плоским, а ноздри

представляли собой два больших боковых отверстия. У него было что-то

подобное клюву с зубами. Каким бы ужасающим ни было это существо, глаза

его были великолепны: они были похожи на два гипнотизирующих озерца

немыслимой ясности. В них светилось знание, они не были человеческими

глазами, или глазами птицы, или какими-то глазами, которые я когда-либо

видел.

Существо двигалось справа от меня, шурша кустами. Когда я повернул

голову, чтобы следовать за ним взглядом, я заметил, что дон Хуан и Хенаро

выглядели такими же зачарованными его присутствием, как и я. Мне

показалось, что и они не видели никогда ничего подобного.

В одну минуту существо совершенно скрылось из виду, но мгновение

спустя раздалось ворчание, и его гигантские формы опять замаячили перед

нами. Я был очарован и одновременно обеспокоен тем, что не напуган как

следует этим комическим существом: казалось, что мою предыдущую панику

переживал кто-то другой, а не я.

Вдруг я почувствовал, что начинаю подниматься. Против моей воли ноги

мои выпрямились, и я обнаружил себя стоящим лицом к существу. Я едва

осознавал, что снимаю жакет, рубашку, туфли. Так я оказался нагим. Мышцы

моих ног налились необычайной мощью. Я подпрыгивал с колоссальной

прыгучестью. А затем существо и я помчались в сторону какой-то невыразимой

зелени.

Существо двигалось передо мной, скручиваясь в себе, как змея. Затем я

догнал его. Пока мы двигались вместе, я осознал то, что уже знал: это

существо действительно было ла Каталиной. Совершенно неожиданно ла

Каталина во плоти была рядом со мной. Мы двигались безо всяких усилий.

Казалось, мы оставались неподвижными, лишь изображая телесные жесты

движений, а окружающее двигалось, создавая впечатление громадной скорости.

Наша гонка прекратилась так же неожиданно, как и началась, я был один

с ла Каталиной в другом мире. В нем не было ни одной узнаваемой черты.

Было какое-то интенсивное свечение и тепло, исходящее из того, что

казалось землей. Она была покрыта громадными камнями или, по крайней мере,

они казались камнями. У них был цвет песчаника, но отсутствовал вес: они

были как бы обломками пористого вещества. Я мог раскидывать их с шумом,

только слегка прикасаясь к ним.

Я был так зачарован своей мощью, что забыл обо всем на свете. Во

всяком случае, я оценил, что эти глыбы, казавшиеся невесомой материей,

оказывали все-таки сопротивление, и только моя огромная мощь позволяла

разбрасывать их с шумом. Я пытался схватить их руками и осознал, что все

мое тело изменилось. Ла Каталина смотрела на меня, - она опять была

гротескным существом, каким была раньше. И таким же был я. Я не мог видеть

себя, но я знал, что мы оба похожи. Неописуемая радость охватила меня.

Казалось, что эта сила приходит ко мне извне. Ла Каталина и я

отталкивались, переплетались и играли до тех пор, пока у меня не осталось

никаких мыслей и чувств или какого-либо человеческого сознания вообще. И

все же я определенно обладал сознанием. Моим сознанием было смутное

знание, которое давало мне уверенность. Это было беспредельное доверие,

физическая уверенность в своем существовании. Не в смысле человеческого

чувства индивидуальности, но в смысле вездесущего присутствия.

Затем сразу все вошло в фокус человеческого ощущения. Ла Каталина

держала меня за руку, мы шли вместе по пустыне, среди пустынных кустов. Я

тотчас и болезненно ощутил, что камни пустыни и затвердевшие куски грязи

ужасно действуют на мои голые ноги.

Мы вышли на место, свободное от растительности. Там были дон Хуан и

Хенаро. Я сел и оделся.

Мой опыт с ла Каталиной отсрочил наше возвращение на юг мексики. Он

вывел меня из равновесия в каком-то неописуемом отношении. В моем

нормальном состоянии сознания я стал разъединенным. Казалось, я потерял

точку отсчета: я был в состоянии какой-то безнадежности. Я сказал дону

Хуану, что