Далай-лама

Интервью в Бодхгайе

то, что порождается силой мысли или воображения йогина, выполняющего

тантрическую практику. Более того, следуя общепринятым представлениям,

можно почти утверждать, что визуализируемый образ по-настоящему не

существует. В любом случае этот образ обладает более тонкой природой.

Когда мы занимаемся визуализацией божеств, то это делается не

произвольно. Напротив, тело божества зарождается из сферы пустоты. Это

означает, что вначале человек в меру своих способностей медитирует на

пустоту и лишь потом визуализирует тело божества, возникающее из сферы

пустоты - такой, какой она существует в его понимании.

В этом заключаются основные моменты, поясняющие, почему и в каком

виде практика пустоты присутствует в тантрической традиции, а также

почему Колесница Тантр способна подрубить корень сансары. В Сутраяне

мы говорим о мудрости, которая постигается или осознается посредством

метода, либо о методе, который постигается или осознается посредством

мудрости. Но в тантрической традиции существует единый ум,

один-единственный ум, который одновременно осуществляет накопление как

заслуги, так и мудрости. Этот единый ум обладает способностью

накапливать и заслугу, и мудрость. Следовательно, в тантре мы не

говорим о мудрости, обретаемой через заслугу, или о заслуге,

обретаемой через мудрость: единый ум выполняет обе функции. Если мы

исследуем и проверим эти моменты на собственном опыте, то сможем сами

сделать вывод, отличается ли медитация системы сутры от тантрической

или нет.

С другой стороны, отличие между Сутраяной и Тантраяной заключается

в том, что в последней возможно обретение четырех видов достижений -

таких непревзойденных достижений, как сила умиротворения, сила

увеличения, сила могущества и сила гнева. Посредством визуализации

божества и мандалы можно продлить свою жизнь, увеличить мудрость и так

далее.

Кроме того, между системами Сутры и Тантры существует различие в

отношении самого качества однонаправленности ума. Например, в Тантре

Махануттарайоги существует особый вид медитации на ветры, каналы и

другие тонкие составляющие нашего тела. В системе совершенств, то есть

в Сутраяне, випашьяна (внутреннее проникновение в суть)

рассматривается исключительно как аналитическая медитация, в то время

как шаматха (пребывание в состоянии покоя) - как медитация

стабилизации, сосредоточения ума на его объекте. Однако в системе

Тантры Анаттурайоги допускается достижение випашьяны посредством

медитативного сосредоточения ума. Это обусловлено отличиями в самом

методе медитации. Таким образом, в системе Тантры Аннатурайоги,

медитируя на ветры, каналы и другие тонкие составляющие человеческого

тела, можно достичь випашьяны посредством медитации сосредоточения или

равновесия ума.

Чем это обусловлено? Как правило, пока объект не подвергнется

анализу, он остается неясным. Цель проведения анализа заключается в

том, чтобы прояснить что-то. Однако в Тантраяне медитация на ветры и

каналы чисто физически обуславливает то, что ум постепенно становится

все тоньше и тоньше в результате медитативного сосредоточения, то есть

такого метода медитации, когда ум, придя в равновесие, созерцает

определенный объект. По мере того как ум становится все тоньше,

ясность восприятия объекта увеличивается. В данном случае анализ не

нужен; для того чтобы достичь випашьяны, здесь достаточно применения

метода однонаправленной концентрации.

Не очень многим удалось достичь в этой области каких-либо

результатов, однако все же есть несколько человек, которые, занимаясь

практикой в соответствии с этими принципами, оказались способны

подтвердить их действенность. Так что, как видите, доказательства

существуют. Этот вопрос очень важен.

Вопрос: Когда друзья небуддисты и родители задают вопросы о том, в

чем заключается цель или смысл пребывания в ретрите и изучения

буддизма и почему мы предпочитаем это настоящей жизни, то как с

точки зрения Вашего Святейшества это им лучше объяснить? Какую линию

объяснения лучше выбрать, чтобы помочь им понять то, что они могут

находить непостижимым?

Его Святейшество: Я думаю, что это нужно решать