Омар Хайям

Рубайят

мой стан,

Волны Джейхуна* - родил наших слез океан,

Ад - это искорка наших пылающих вздохов.

Рай - это отдых, что нам на мгновение дан,

Вам - кумирня и храм, нам - кумиры и чаша с вином.

Вы живете в раю, мы - в геенне горящей живем.

В чем же наша вина? Это сам он - предвечный художник

На скрижалях судьбы начертал своим вещим резцом.

x x x

В дальний путь караваны идут, бубенцами звенят.

Кто поведал о бедах, что нам на пути предстоят?

Берегись! В этом старом рабате алчбы и нужды

Не бросай ничего, ибо ты не вернешься назад.

x x x

Из кожи, мышц, костей и жил дана творцом основа нам.

Не преступай порог судьбы. Что ждет нас, неизвестно, там,

Не отступай, пусть будет твой противоборец сам Рустам*.

Ни перед кем не будь в долгу, хотя бы в долг давал Хатам*.

x x x

Коль весенней порою, красотою блистая,

Сядет пери со мною, чашу мне наполняя,

У межи шелестящей золотящейся нивы,

Пусть я буду неверным, если вспомню о рае

x x x

Знай -великий грех не верит в милосердие творца.

Если ты, в грехах увязший, превратился в сквернеца,

Если ты в питейном доме спишь теперь, смертельно пьяный,

Он простит твой остов тленный после смертного конца.

x x x

Лучше в жизни всего избегать, кроме чаши-вина,

Если пери, что чашу дала, весела и .хмельна .

Опьяненье, беспутство, поверь, от Луны и до Рыбы,

Это - лучшее здесь, если винная чаша полна.

x x x

Стебель свежей травы, что под утренним солнцем блестит,

Волоском был того, кто судьбою так рано убит.

Не топчи своей грубой ногой эту нежную травку

Ведь она проросла из тюльпановоцветных ланит

x x x

Когда я трезв, то ни в чем мне отрады нет.

Когда я пьян, то слабеет разума свет.

Есть время блаженства меж трезвостью и опьяненьем.

И в этом - жизнь. Я прав иль нет? Дай ответ.

x x x

Я жадно устами к устам кувшина прильнул,

Как будто начало желанной жизни вернул.

'Я был как и ты. Так побудь хоть мгновенье со мною' -

Так глиняной влажной губою кувшин мне шепнул.

x x x

С фиалом в руке, с локоном пери - в другой,

Сидит он в отрадной тени, над светлой рекой.

Он пьет, презирая угрозы бегущего свода,

Пока не упьется, вкушая блаженный покой

x x x

Страданий горы небо громоздит,

Едва один рожден, другой - убит.

Но неродившийся бы не родился,

Когда бы знал, что здесь ему грозит.

x x x

Блажен, кто в наши дни вкусил свободу,

Минуя горе, слезы и невзгоду;

Был всем доволен, что послал Яздан,

Жил с чистым сердцем, пил вино - не воду.

x x x

Увы! Мое незнанье таково,

Что я - беспомощный - страшусь всего.

Пойду зуннар надену, - так мне стыдно

Грехов и мусульманства моего!

x x x

Как обратиться мне к другой любви?

И кто она, о боже, назови.

Как прежнюю любовь забыть смогу я,

Когда глаза в слезах, душа в крови!

x x x

Бессудный этот небосвод - губитель сущего всего,

Меня погубит и тебя, и не оставит ничего.

Садись на свежую траву, с беспечным сердцем пей вино,

Ведь завтра вырастет трава, о друг, из праха твоего.

x x x

Чем прославились в веках лилия и кипарис?

И откуда все о них эти притчи родились?

Кипарис многоязык, и цветок многоязык.

Что ж молчат? Иль от любви самовольно отреклись?

x x x

Коль жизнь прошла, не все ль равно - сладка ль, горька ль она?

Что Балх и Нишанур тогда пред чашею вина?

Пей, друг! Ведь будут после нас меняться много раз

Ущербный серп, и новый серп, и полная луна.

x x x

Есть ли мне друг, чтобы внял моей повести он?

Чем человек был вначале, едва сотворен?

В муках рожденный, замешан из крови и глины,

В муках он жил и застыл до скончанья времен.

x x x

О друг, заря рассветная взошла.

Так пусть вином сверкает пиала!

Зима убила тысячи Джамшидов,

Чтобы весна сегодня расцвела.

x x x

Тем, - кто несет о неизвестном весть,

Кто обошел весь мир, - почет и честь.

Но больше ли, чем мы, они узнали

О мире, - о таком, каков он есть?

x x x

Доколе дым кумирни прославлять,

О рае и об аде толковать?

Взгляни на доски судеб; там издревле

Написано все то, что должно стать.

x x x

Пусть эта пиала кипит, сверкает !

Живым вином, что жизнь преображает,

Дай чашу! Все известно, что нас ждет.

Спеши! Ведь жизнь всечасно убегает.

x x x

Чья рука этот круг вековой разомкнет?

Кто конец и начало у круга найдет?

И никто не открыл еще роду людскому