Кураев А

КТО ПОСЛАЛ БЛАВАТСКУЮ

досталась тем, кто пожелает воспроизвести подобного ему робота и использовать его в качестве супероружия. И в сознании детей, смотревших этот фильм, остается плачущий мальчик, смотрящий на защитившего его странного друга - и рука Терминатора, постепенно погружающаяся в лаву и прощально поднимающая большой палец... Разве не легче будет после этого рассказывать детям о Евангелии и о той жертвенной этике, что возвещается им?”.

374 Ксению Мяло раздражает то, что в Интернете у меня есть своя страничка – “в Интернет, где диакон открыл свою страничку, отнюдь не брезгуя пестрым, мягко говоря, окружением...” (с. 174). Ну, а отчего же сама Мяло не побрезговала этим “окружением” и разместила в Интернете свою автобиографию (по адресу: http://zs.phil.pfu.edu.ru)?

375 “О грустно, грустно мне. Ложится тьма густая На дальнем Западе, стране святых чудес” - А. Хомяков.

376 Ну, а зачем же тогда меня пинать за то, чтоя процитировал Генона? “В пылу обличения Рерихов диакон Кураев апеллирует к Рене Генону, который, мол, тоже не любил теософов. Самые неосведомленные из читателей могут даже, пожалуй, поэтому счесть Генона крупным православным мыслителем” (с. 65). Нет, Ксения Григорьевна, нормальный читатель так моего текста не поймет, поскольку цитация Генона предварена фразой: “Даже в мире оккультистов идет своя борьба за лидерство и за выживание. Не все оккультисты признают глубину теософских “прозрений”. Рене Генон в 1921 г. опубликовал этюд “Теософия — история одной псевдорелигии”. В нем он пишет:…” (Сатанизм для интеллигенции. Т. 1. С. 68). А потом уж я прямо говорю, что “Генон отправляется в дебри каббалистики” (с. 240). Так что Генона я прямо именую оккультистом и каббалистом – а вот Ксения Мяло без всяких оговорок признается в своих теплых чувствах к Генону на страницах Интернета… А с теософами у Генона и в самом деле были взаимно плохие отношения: “Теперь для Вашего сведения. Француз, философ Генон - ненавистник буддизма и теософии. Имела его статьи по этому поводу и поражалась недомыслием и мелким чувством точно бы личной зависти и злобы против этих Учений. Нечто объясняется, конечно, тем, что он мусульманин, т.е. недавно перешел в мусульманство, и должен был показать свое рвение лицам его поддерживавшим. У меня имеется переписанная мною его чудесная книжечка "Ле Руа дю Монд". Он очень увлекался этой темой. Но прочтя ее вдохновенные страницы, я все же диву далась, что, собирая материал об этом Царе Царей, Царе Мира, он упустил огромную литературу именно на эту тему,