Кураев А

КТО ПОСЛАЛ БЛАВАТСКУЮ

(она несколько раз его цитирует), где я обращал ее внимание на то, что фраза о “бесчеловечности космоса” излагает не мою позицию и не православную, но лишь резюмирует сумму мировоззрения тех людей, которые не верят в Личного Бога. Тем не менее, и во втором издании своей книги Мяло повторяет тезис о том, что обсуждаемая фраза выражает именно мой взгляд на отношения мира и человека. Это уже не невнимательность в чтении и не полемическая запальчивость. Это уже полемическая нечестность

Но еще более интересно в только что цитированном тексте Мяло упоминание о гностиках и манихеях – “все мироздание - звездное небо, сияющее солнце, моря и горы - само по себе вызывает у него такую настороженность, он так подчеркивает холодность, равнодушие, если даже не прямую враждебность космоса к человеку… Кураев прямо утверждает нечто, гораздо более близкое к учению гностиков и манихеев о скверне и демоничности всего чувственного, сотворенного мира, нежели к Иоанну Дамаскину и русской православной традиции, с ее восторгом перед красотой и величием мироздания”.

Здесь уже вопрос совсем не обо мне. Здесь затрагивается гораздо более интересный вопрос об отношении гностицизма, христианства и теософии.

15. ГНОСТИКИ, ТЕОСОФЫ, ХРИСТИАНЕ

а) ГНОСТИКИ И АНТИЧНОСТЬ

Ксения Мяло права в своей оценке гностиков. Для этих околохристианских групп первых веков нашей эры было характерно крайнее отвращение к миру материи и к его духовным создателям. Для гностиков тот мир, в котором можно встретить “звездное небо, сияющее солнце, моря и горы” – это мир лжи и ужаса.

"Кто познал мир, тот нашел труп" – вот лейтмотив гностической философии493. “Форма Изъяна есть мир (kosmos)”, - говорит гностическое “Евангелие истины”494.

Для античности космос – это синоним порядка, обжитости, красоты. Человек – часть космического целого. При этом человек предупреждается, что часть существует для целого, но не наоборот. “Человек не есть высшее из всего в мире… Человека много божественнее другие вещи, взять хотя бы наиболее зримое – звезды, из которых состоит небо (kosmos)”495. “Бытие это возникает не ради тебя, а, наоборот, ты – ради него. Ведь любой ремесленник делает все ради целого, а не целое ради части”496.

Но гностики ощущают себя чужими в этом мире. Осознав то, о чем так спокойно повествует Блаватская – равнодушие к нам высшего Божества - гностики и близкие к ним религиозные течения возмущаются этим равнодушием: “Семеро угнетают меня и Двенадцать стали моими преследователями.