Альберт Великий

Малый алхимический свод

цвет свой — один на другой, — трижды, а то и четырежды переходят

из формы в форму. Из этого с непреложностью следует, что металлы, схваченные

болезнью и порчей, могут стать чистыми, если их подвергнуть нужным операциям.

Выявив исходные положения нашего искусства, посмотрим теперь, на чем же они сами

основаны. Так, если эти основания подобны сену, соломе или дереву, то они

обязательно сгорят под действием огня. Но если мы установим, что основания эти

подобны камню, а камень ни горению, ни порче не подвержен, то лишь тогда мы

будем вполне свободны от каких бы то ни было опасений.

Озаботясь трудностями нашего искусства и ища его главный принцип, главное

основание, мы установили, что искусство наше — истинное искусство. Теперь

остается рассмотреть, как продвинуться еще дальше и определить уместность и

своевременность Великого Алхимического Деяния.

Но прежде всего остального установим определенные заповедные правила.

Наипервейшее правило состоит в том, что сподобленный этому искусству должен

хранить молчание и ни одной живой душе не выдавать его тайну. Ведь нет иного

способа сохранить тайну, как не увеличивать число людей, в нее посвященных.

Когда же тайна пойдет по рукам, она исказится, станет неистинной. Если утратишь

тайну искусства, совершенства тебе вовек не достигнуть.

Второе правило — такое правило, согласно которому посвященный должен выбрать для

работы соответственное работе место в особом доме, сокрытом от глаз людских. В

доме этом должно быть две или три комнаты, в которых следует осуществлять

необходимые операции над веществом — возгонку, растворение и перегонку.

Подробности я поведаю тебе позже.

Третье правило. Необходимо строго блюсти время работы. Важно соблюдать,

например, часы совершения возгонки и растворения. Скажем, результаты возгонки,

совершенной в зимнее время, почти никакой ценности не имеют. Растворение и

обжиг, напротив, можно совершать в любое время. Обо всех этих вещах я расскажу

тебе, впрочем, в свое время (когда буду обсуждать все эти операции).

Четвертое правило. Посвященному следует тщательно и упорно направлять свои

усилия, без устали приближаясь к концу. Коли начнешь усердно, а потом ослабишь

упорство, потеряешь все — все, что у тебя было, и все время свое.

Пятое наставление состоит в строгом соблюдении всего того, что

принято в нашем

искусстве.

Во-первых, следует собрать воедино [все то, с чем должно работать]; во-вторых,

нужно возгонять; в-третьих, сгустить вещество; в-четвертых, обжечь; в-пятых,

растворить; в-шестых, перегонять; в-седьмых, осадить; и так далее, в строгом

порядке.

Если пытаться произвести тинкториальное превращение — изменение цвета вещества,

— минуя возгонку, осаждение или перегонку, можно попусту растратить все порошки,

потому что, высыхая по мере улетучивания жидкости, они быстро рассеятся. Или,

скажем, возникнет желание окрасить уплотненные в сплошную массу порошки, кои

прежде не были обработаны ни растворением, ни последующей перегонкой. В этом

случае окажется невозможным достичь ни проникновения, ни хорошего смешивания с

телами, предназначенными для [тинкториальных — цветовых] превращений.

Шестое предписание настоятельно требует, чтобы сосуды, предназначенные для

операций с водами или маслами, с участием огня или без такового, были либо из

стекла, либо с внутренней стороны покрыты глазурью. Иначе приключатся многие

беды. Так, если кислые воды поместить в медную посудину, стенки ее позеленеют,

если в сделанную из железа или свинца — стенки этих сосудов почернеют, на них

нападет порча (inficiuntur). Если же кислые воды19 налить в глиняный горшок, они

проникнут сквозь пористые стенки глиняного горшка, и вся затея невозвратно

пропадет.

Седьмое правило. Следует быть очень осторожным, особенно тогда, когда работаешь

на глазах у твоих хозяев, могущественных властителей — монархов и князей. Две

опасности,