Неизвестен

Гермес Трисмегист и герметическая традиция Востока

бесполезным любопытством ума. Но довольно об этом.

[Переход к четвертой части)

146) Поговорим теперь о Духе и иных подобных вещах.

IV. ПЕРВОПРИЧИНЫ, БОГ, МАТЕРИЯ, ДУХ А) БОГ

Были Бог и Гиле*15 - так греки называют материю. Дух был с материей (mundo), или, скорее, в материи, но не так, как с Богом, или как в Боге начало, из которого вышел мир. Ибо если вещи не существовали до своего рождения, они уже были в том, что должно было их создать. Ибо вне рождения не только то, что еще не рождено, но и то, что лишено плодовитости и не может ничего родить. Все, что способно рождать, содержит в зародыше все то, что может из него родиться, ибо Тому, Кто рожден из Самое Себя, легко родить начало, которое создает все. А вечный Бог не может и не мог быть рожден; Он есть, Он был, Он будет всегда. Такова природа Бога - быть Своим Собственным началом.

Б) МАТЕРИЯ

Что касается Гиле, то есть материальной (mundi) Природы, и Духа, то хотя они и кажутся рожденными с самого начала, обладают способностью рождаться и рождать, однако они имеют плодотворную силу. Ибо начало рождения присуще Природе, имеющей в самой себе способность зачатия и рождения. Таким образом, она без постороннего вмешательства способна рождать.

15) Иначе дело обстоит с тем, что обладает возможностью зачатия только при смешивании с иной природой, а для этого ему необходимо место. Место мира и всего, что он содержит, вероятно, не было рождено, и оно имеет в себе всю. Природу в зародыше. Я называю местом то, что содержит в себе все вещи, потому что они не могут быть без места, которое бы их содержало. Все, что существует, нуждается в месте; ни качества, ни количества, ни расположения, ни действия не могли бы различаться в вещах, которые были бы нигде.

Так, материя (mundus), хотя она и не рождена, имеет в себе начало всякого рождения, ибо она предоставляет всем вещам свое лоно для их оплодотворения. Вот совокупность качеств и l`rephh (materiae): она способна рождать, но сама есть нерожденная. Материя (materia), будучи плодотворной во всем, может порождать также и зло.

[Отступление на тему зла)

16а) Я отклоняю, о Асклепий и Аммон, вопрос, задаваемый многими: 'Мог ли Бог устранить зло из природы вещей?' Этим людям совсем нечего ответить; но для вас я продолжу разговор об этом и дам объяснения. Говорят, что Бог должен был бы предохранить мир от зла; но зло существует в мире как его неотъемлемая часть. Всевышний Бог позаботился об этом самым разумным образом, когда он одарил человеческие души*16. Благодаря сим качествам, возвышающим нас над иными тварями, только мы можем избежать западни зла и пороков. Человек, хранимый божественной мудростью и предусмотрительностью, умеет предохранить себя от них, как только он их увидит и прежде, чем они смогут увлечь его. Ибо основа науки есть высшая Благость.

В) ДУХ

Что касается Духа, то он направляет и наделяет жизнью все, что есть в мире, который (Менар: Дух) служит как орудие или приспособление, применяемое Волею Всевышнего Бога. Сего объяснения достаточно.

Возвращение к теме: три Причины

166) Постигаемый только умом Бог, Которого мы называем Всевышний, управляет сим иным богом чувственным, который содержит в себе все места, все вещество, материю всего, что рождается и сотворяется, все возможные качество и количество.

17а) Что касается духа, то он приводит в движение и направляет все виды, которые суть в мире, сообразно природе, которую им определил Бог. Материя, Гиле, или мир, есть вместилище всех вещей, которые пребывают в движении и повторяются (Фестюжьер: ...формируя плотную массу). Всем этим правит Бог, давая каждой из них то, что ей необходимо, наполняя их Духом согласно их качествам (Фестюжьер: естественному объему).

Отступление на тему невидимого

176) Мир есть полый шар, имеющий в себе самом причину своего качества, невидимый в своей целости; если, выбрав какую-либо точку на его поверхности, мы пожелали бы увидеть что-нибудь на дне (in imo; Фергюсон: в середине), мы не смогли бы это увидеть. Поэтому многие приписывают миру природу и качества пространства. Шар сей кажется видимым только посредством отдельных отражений идеальных форм, как будто нарисованных на его поверхности; он видится в образах, но в действительности он всегда невидим сам по себе. Вот почему дно, низшая часть шара, если это все-таки место, называется по-гречески аидэс, 'невидимый', от слова идеин - 'видеть', ибо невозможно увидеть глубину шара. Образы мы называем идеями, потому