Всеслав Соло

Астральное тело - 2. Изида или врата Святилища (Ч

о помощи.

Оба они, словно ожидая взрыва гранаты, которую только что

бросили на площадь, в одну секунду выкрикнули в сторону

директора: Назад!, Сейчас взорвется! -- наспех накладывая

на себя изломанные кресты, причитала Марина Ивановна.

Не раздумывая ни на одно движение, ни на единое замирание

на месте, Божив устремился к ящику с песком, что находился в

малом фойе под лестницей, на второй этаж кинотеатра, там он

набрал полное ведро песка, промелькнул мимо перепуганных за

колоннами, подбежал к мотоциклу и пригорошнями стал засыпать

огонь.

Через пару минут огненные языки обмякли под песком и, едва

просачиваясь через него, совсем угасли. Что же это было? --

подумал Божив. -- Я беззаботно увидел картину пожара, сидя в

кабинете, и скоро забыл о ней, но явь повторила увиденное,

напомнила о нем.

Все отражается в чувствах, увиденное без чувств напоминает

о себе, если о нем забыли, дабы опять же все-таки отразиться в

чувствах.

Кто?

Надежды Михайловны дома не было. Вместе со своей крохотной

внучкой она ушла в гости к одной из своих многочисленных

подруг. Наташа, озадаченная пространством тишины и

беззаботности, сидела в кресле в комнате свекрови и откровенно

беззвучно плакала.

Так уж устроен человек, у каждого найдется причина

неожиданно опечалиться или порадоваться на любой момент своей

жизни: все зависит от того, какая картинка его жизни вспыхнет в

памяти, и даже не важно прошлое или будущее -- все помнится, и

то, и другое, то, откуда мы идем, -- прошлое, то, куда мы идем,

-- будущее, и если повернуть обратно, то прошлое поменяется

местами с будущим, вот мы и ходим, и живем в пространстве нашей

памяти.

Направление нашего движения! Будущее и прошлое разделено

сущностью нашей, суть есть единое целое... Два электрических

звонка, словно два пронзительных штриха, подытожили Наташино

одиночество на текущий момент, и откуда раздались они, эти два

звонка, из прошлого или будущего... Наташа вышла в прихожую

открыть дверь.

На пороге стоял Божив.

-- Здравствуй, Наташа, -- сказал он, непосредственно

улыбнувшись.

-- Здравствуй ... Юра, -- замедленно произнесла Наташа,

утирая припухшие глаза ладонями.

-- К тебе можно? -- робко поинтересовался Божив. -- Ты

одна?

-- Да, заходи.

-- Ты что, плакала?

-- Есть немножко, но это так, навеянная печаль, до нее

всегда рукой подать. Проходи сюда, в комнату Надежды

Михайловны.

Юра прошел в предложенную комнату и тут же присел на

краешек разобранной кровати, у него слегка подрагивали пальцы

рук, и Наташа заметила, что Боживу как-то неуютно: то ли он

почему-то смущался, что не замечалось ранее за ним, то ли

что-то скрывал.

-- Ты будешь чай или кофе? -- поинтересовалась Наташа.

-- Присядь, пожалуйста, рядом со мной.

И Наташа, собравшаяся было выйти на кухню, остановилась и

своим задумчивым взглядом отыскала глаза Божива, которые он

несколько мгновений прятал от нее, делая вид, что рассматривает

свои ладони.

-- Присядь... пожалуйста, -- повторил Божив.

Наташа села рядом с Юрой.

-- Что с тобой? Ты что-то хочешь мне сказать? -- заботливо

сказала она. Пронеслось несколько мгновений, и неожиданно Юра

крепко обнял ее за плечи.

-- Что ты? Я не понимаю тебя, -- шептала Наташа, а Юра уже

многочисленными поцелуями ласкал ее шею и вскоре уловил ее

губы. Лаская Наташины груди, он опрокинул ее на кровать, Наташа

протестовала, но не могла сопротивляться.

Конец второго романа