Сатпрем

Бунт Земли

звезды. И зажгла все маленькие огоньки.

О, мы считаем себя умными и образованными. Мы достойны жалости! Мы дремлем

с умным и важным видом над удивительным огнем, который заслоняет от нас это, и

который скоро сметет всю нашу науку и всю нашу премудрость. Какие же мы дети!

Там — в теле.

Эта тайна.

Надо идти ей навстречу, раскрыв объятия и крича от радости. Но, не

вооружившись электронными трубками и всевозможными манипуляторами, которые дают

нам карикатурное представление о реальности: гримасу. Они предлагают нам ложь,

которая так похожа на правду! Для человека древности, скажем, для ришей,

достойным считалось то, что он мог узнать сам и сделать сам. Если бы они смогли

разобраться во всех наших электронных, телефонных, воздушных и механических

ухищрениях, они нашли бы, что пользоваться ими так же бесчестно, как

подслушивать у дверей или передразнивать учителя. Учитель — совесть. Могущество

— сознание. Сознание может все. И с той самой секунды, как мы лишились этого

учителя, мы вошли в обладание фальшивой властью и фальшивыми познаниями:

карикатурой на знание. Мы пошли в услужение к жестокому деспоту, который все

глубже и глубже повергает нас в губительную бесчеловечность.

И эта ложная правда или правдивая ложь так захватила наше сознание, что мы

полностью погрузились в тотальную ложь и в иллюзорную реальность Материи,

которая гипнотизирует нас и порождает галлюцинации так, что все пути оказываются

закрытыми. Вот дикий зверь: его рев доносится до нас из тех времен, когда жизнь

на Земле зарождалась. Он уже был кем-то, кто искал след. И для нас будет лучше

начать с того же.

Мой горящий взгляд, останавливающийся на стенах камеры во Фреснах, был уже

шагом к зарождению... ничьей жизни, потому что она должна была умереть. Взгляд в

ничто, которое становится таким напряженным и слепящим, что превращается в

нечто. В подобных случаях нет предубеждения относительно Материи или Вселенной.

Есть то, что проходит насквозь. Есть первый

шаг человека в неведомую страну на

никому не принадлежащее поле: поле, которое надо копать.

А от одного обвала до другого надо копать.

И это все более усугубляющее 'ничто', эта стена, эта тьма, по мере того,

как погружаешься вглубь, наполняется светом.

Это ужасная бездна.