Владимир Мегре

Анастасия

ответила Анастасия.

- Интересно, а как бы ты защищалась, встретившись с двумя, тремя мужиками, - геологами или охотниками?

Она не ответила, лишь улыбнулась. Я подумал: “каким образом эта молодая красавица, необыкновенно соблазнительная, может никого и ничего не бояться?” За то, что произошло в дальнейшем, мне неловко до сих пор. Я обнял ее за плечи и привлек к себе. Она не сильно сопротивлялась, хотя в ее упругом теле чувствовалась немалая сила. Однако, ничего с ней сделать я не смог. Последнее, что я помню перед тем, как потерял сознание, ею произнесенные слова: “Не надо, успокойся.” И еще перед этим помню, как вдруг охватил меня невероятной силы страх. Страх непонятно чего - как бывает в детстве - когда находишься дома один и чего-то боишься.

Когда я очнулся, она стояла передо мной на коленях, одна ее рука лежала у меня на груди, второй махала кому-то вверху и по сторонам. Она улыбалась, но не мне, а казалось, кому-то, кто невидимо окружал нас или находился над нами. Анастасия, словно, показывала своим жестом своему невидимому другу, что ничего плохого с ней не происходит. Потом она спокойно и ласково посмотрела мне в глаза.

- Успокойся, Владимир, все уже прошло.

- Но что это было? - спросил я.

- Не восприятие Гармонией твоего отношения ко мне. Возникшего в тебе желания. Ты сам потом сможешь во всем разобраться.

- Причем тут какая-то гармония? Это же ты сама стала сопротивляться.

- И я тоже не восприняла. Мне было неприятно.

Я сел, пододвинул к себе сумку.

- Ну, надо же? Не восприняла она! Неприятно ей... Да вы, женщины, только и делаете все, чтобы соблазнить. Ноги свои оголяете, грудь выставляете, на шпильках ходите. Неудобно на шпильках, а ходите! Ходите и виляете всякими своими прелестями, а как чуть что... “Ах, мне это не нужно, я не такая...” А для чего тогда виляете? Лицемерки! Я предприниматель, разных вас повидал. Все вы одного хотите, только ломаетесь по - разному. Ты вот, для чего сняла верхнюю одежду? Не жарко ведь! Потом разлеглась, замолчала, да еще улыбалась так...

- В одежде мне неудобно, Владимир. Я ее надеваю, когда из леса выхожу, к людям, чтоб как все выглядеть. Под солнышко легла отдохнуть и не мешать, пока ты ел.

- Не мешать хотела... Да помешала.

- Ты прости меня, пожалуйста, Владимир. Конечно, прав ты в том, что каждой женщине хочется, чтобы на нее обращали внимание мужчины, но не только на ноги и грудь. Хочется, чтобы не прошел мимо тот - единственный, который сможет увидеть большее.

- Но здесь-то никто мимо не проходил! И что это такое большее нужно видеть, если на первом плане ноги торчат? Какие-то вы, женщины, не логичные.

- Да, к сожалению, иногда, так и получается... Может, мы пойдем, Владимир? Ты уже закончил кушать? Отдохнул?

У меня мелькнула мысль: стоит ли идти дальше с такой философичной? Но я сказал:

- Ладно, пойдем.

ЗВЕРЬ ИЛИ ЧЕЛОВЕК?

Мы продолжили путь к дому Анастасии. Одежду свою она так и оставила в дупле дерева. Калоши тоже туда положила. Осталась в легком коротком платьице. Взяла мою сумку, предложив помочь нести ее. Босая, необыкновенно легкой и грациозной походкой, она шла впереди меня, легко помахивая сумкой.

Мы все время разговаривали. Общаться с ней было очень интересно на любые темы. Может быть потому интересно, что у нее какие - то странные, свои обо всем суждения.

Иногда Анастасия перекруживалась во время ходьбы. Поворачивалась ко мне лицом, разговаривала, смеялась и так шла некоторое время, “задом наперед”, увлекаясь разговором, и не глядя подоги. Не понятно, почему она ни разу не споткнулась, не уколола босую ногу о сучок сухой ветки? Никакой видимой тропы на нашем пути не было, но и не было обычных таежных препятствий.

На ходу она иногда трогала или быстро поглаживала то листок, то веточку кустика. Наклонившись, не глядя, срывала какую-нибудь травинку и... съедала ее.

- Прямо как зверек, - подумал я. Когда попадались ягоды, она протягивала их мне, и я тоже ел их на ходу. Мускулатурой какой-то особенной ее тело не отличалось. Вообще, она среднего телосложения. Не худая и не толстая. Упитанное, упругое - очень красивое тело. Но сила в ней, по-моему, довольно приличная, и реакция не плохая.

Когда я споткнулся и падал, выставив вперед руки, она молниеносно повернулась, подставила свою, свободную от сумки руку, и я упал грудью на ее ладонь с растопыренными пальцами. Упал, не коснувшись своими руками земли. Она удержала