Орден “Semper fidelis”

Книга Госпожи Смерти

должен молчать трое суток. Если сказал хотя бы одно слово, то значит все сначало начинать надо. Когда выдержит молчание, тогда должен показаться служителю. Служитель назначит дату и объявит всем братьям своим.

Ровно за сутки до посвящения, кандидат не должен ничего есть. Может пить воду, сколько пожелает. А также должен воздержаться от секса, телевизора, чтения газет и всего остального чем живут люди, от пустого глаза и ненасытимого ока жадного. Он должен размышлять, может спать, а может кладбище стеречь. Он должен стараться говорить с окружающими только по необходимости, но если уединится от всех, то это еще лучше будет.

Он должен придти на посвящение чистым физически и духовно. В его мыслях должно быть только размышление о Госпоже смерти и царстве ином.

Этот человек должен придти на посвящение как можно раньше и сидеть уединившись так, чтобы его не видели те, кто придет на этот ритуал.

Служитель обратиться к хранителям и совершит обычный ритуал. После этого служитель торжественно обьявит о новом пришедшем. Затем он пошлет двух помощников за тем, кто ожидает своего посвящения и сидит в ожидании приглашения.

Помощники придут и скажут ожидавшему: «иди! Зовет тебя!». А потом приведут его и представят пред служителем и всем обществом.

Служитель обратиться к всем пристутсвующим и спросит: «есть ли здесь человек, который знает, что человек этот не достоин стать нашим?».

Если кто-то объявится, то должен выйти пред всем обществом и сказать, почему считает этого кандидата не достойным. Затем совет уйдет с глаз всех присутствующих и решит, что делать. Если кандидат будет признан не достойным, то его отпустят с миром или спросят у него, не хочет ли он исправиться или изменить то, что мешает. (спрашивать об этом надо не публично, а с глазу на глаз с служителем). Если кандидат готов исправить то, что ему мешает, то ему будет выделено время необходимое для этого. И когда он исправит это, то пусть обратиться к служителю снова.

Если перед посвящением никто не объявиться, то проводи посвящение так.

Ритуал посвящения: (временно не разглашается).

3

Госпожа смерть призовет каждого. И впасть в Ее руки не почтив Ее – страшное дело для человека.

Страх парализует и потому торгуйся со своим страхом до того момента, когда у него не останется ничего, чем он сможет тебя одолеть.

Твое тело в твоих руках, пока ты здесь. Потом ты потеряешь тело. Не отдавай его не получив ничего в замен.

Как много на земле людей расстающихся со своим телом и не успев обменять его на путь прекрасный лежащий впереди. Не буть таким глупцом. Ты на базаре и цену знай себе. А если ты отдашь тело и получишь только страх в замен? То разве ты сумел выгодно произвести обмен?

Многие наивные люди часто говорят: «он продал душу дьяволу!». Но подумай, как ты можешь продать свою душу дьяволу, если после смерти ты как душа продолжаешь жить? Или эти люди говорят о продаже души пока ты на земле? Но как ты можешь продать свою душу, если никто не назначает тебе цену?

Как глупы люди, когда говорят о продаже души. Душу продать невозможно. Продать можно только тело, а душа это ты.

Мы зеркала природы и кривизна зеркал искажет мир. Выпрямись и встань ровно перед смертью, Госпожой твоей. Она являет абсослютную истину бытия. Смерть – истина. Смерть – вот идеал для всех кривых зеркал.

Однажды я сказал в своем сердце: «я не буду служить никому, а только лишь себе!». Когда произнес я эти слова, то сразу стал рабом других. И понял я одну истину, что господином стать можно только преклонившись пред тем, кто мощнее тебя и кто возлюбит тебя. Тогда я задал себе вопрос: «кому служить и пред кем мне преклониться? Перед богами, которых не видел человек или перед человеком смертным?». Ответ ворвался в мой ум как обоюдоострый нож: «преклонись пред тем, кого ты видишь своими глазами и кто в любое мнгновенье может занести над тобой свой меч!».

Смерть Госпожою моею стала на веки и духи смертные моими братьями.

Упал я на колени и признал их царство. Лежал лицом к земле и не мог поднять свои глаза к небу. Я червь ползущий чрез миры и раб я Госпожи моей. Она сказала: «поднимись!». Я все боялся и страх объял меня великий. Я не смог сказать ни слова Ей. Она коснулась моих уст и словно мать ласкающая своего сына прошептала: «возми бумагу и пиши! Пиши все так как ты уже все видишь. Пиши и пусть твое перо не будет смущено страхом и глупостью религий. Все очень просто опиши, без капли самомудрости. Когда коснешся ты пера, то Я войду в твой дух и стану Я учить тебя,